Перспективы государственной политики в области ведения охотничьего хозяйства

19.08.2008

Конфликт на Кавказе отодвинул на второй план (а может и третий) рассмотрение в Государственной Думе ФЗ «Об охоте». Однако споры о нём в охотничьей прессе только-только разгораются. Какой будет судьба этого закона, уже подвергшегося острой критике со стороны специалистов? Чтобы предугадать будущее, или просто выдвинуть какой-то прогноз развития событий, или попытаться проанализировать настоящую ситуацию всегда полезно обратиться к прошлому. Как говорится, посмотреть с чего все начиналось? Какие взгляды на охоту и охотничье хозяйство бытовали раньше в недрах государственных структур? Предлагаем вашему вниманию материал одного из специалистов в области охотничьего хозяйства Минсельхоза РФ, который в 2004 году был опубликован в профессиональном, но мало известном широкой охотничьей общественности журнале. Напомним, что именно этот год был во многом переломным для охотхозяйства страны. Тогда началась необдуманная и плохо подготовленная реорганизация независимо существовавшего Департамента охоты, которая привела к крушению и исчезновению всех Охотуправлений страны, передача охоты введенье Минсельхоза и формирование Россельхознадзора, где охоте как отрасли отводилась совсем небольшая роль. Плачевный результат этого опыта впоследствии был признан и самим Министерством сельского хозяйства. Тогда и начались новые преобразования последних двух лет, оценку которым еще предстоит дать.

Государственное учреждение "Центрохотконтролъ", Минсельхоз России.

А.Б. Линьков.

Закон «О животном мире», наконец-то узаконил эту давно назревшую необходимость. И вдруг, как я уже цитировал: «... эколого-экономический нонсенс». К сожалению, нонсенсом является бюджет России в 60 млрд. долл. и ежегодный вывоз капитала из страны, превышающий эту цифру, а также бедствующий, в основной своей массе, российский охотник, который только в текущем году в Московском регионе должен был уплатить 500 руб. «членских взносов».

Хотелось бы коснуться и еще одной проблемы из разряда «конфронтационных». Речь пойдет о государственном охотничьем билете. Многие политологи и экономисты, не без основания, называют происходящее в России в последние 1,5 десятилетия системным кризисом. Этот кризис в той или иной мере затронул практически всю реально существовавшую до 90-х годов отраслевую структурированность и, соответственно, выстроенную под него инфраструктуру, бывшего союзного государства, а, следовательно, и России. Конечно же, не осталось в стороне от этого кризиса и охотничье хозяйство. Государственная же политика в области охотничьего хозяйства времен СССР определяла его как пусть не самую важную, но неотъемлемую часть общей отраслевой структуры второй по значению страны мира.

Вряд ли стоит дискутировать о роли революционного или эволюционного путей трансформации или, если хотите, реформирования такой огромной страны, как Российская Федерация, в условиях перехода к рынку. Напомню лишь весьма актуальные и сегодня слова российского мыслителя прошлого века Петра Чаадаева: «Все беды России от ее географии». Если несколько упростить это наблюдение, не лишенное весьма глубокого познания Русской истории, вполне справедливым будет утверждение о том, что все беды России от «слабости» ее инфраструктуры. Или, если быть более точными, от ее несовершенства или отсутствия ее отдельных элементов, обеспечивающих политическое и экономическое единство страны.

Для Российской Федерации существование развитой, оптимально дифференцированной, а, следовательно, и оптимально функционирующей инфраструктуры народного хозяйства, теснейшим образом связано с недопущением капитализации (частного присвоения, частной капитализации!) ее природных ресурсов. Доходы от нефти, газа, водных и иных природных ресурсов или так называемая «Природная рента» должны принадлежать всему народу в лице государства, особенно это, актуально на сегодняшнем кризисном этапе, так как именно они в настоящее время (вернее, небольшая часть этих доходов), к сожалению, являются основой бюджета России в последние годы.

Система Охотдепартамента Минсельхозпрода Российской Федерации, в недавнем прошлом система Главохоты, одна из немногих, которая сохранила управленческую вертикаль. Это обстоятельство благоприятно сказалось на сохранении, хотя и в несколько урезанном виде, информационных потоков в его системе, управляемости системы в целом. Это позволило, и сейчас мы можем это констатировать, сохранить государственный контроль над основными видами охотничьих животных, впрочем, как и самими охотничьими ресурсами в целом, замечу – колоссальными по мировым меркам. Катастрофы не произошло. Вместе с тем, если бюджет России, а это около 60 млрд. долл. США в текущем году, по-прежнему будет составлять сумму сопоставимую с бюджетом такой страны, как Финляндия, такую катастрофу вполне можно ожидать. К сожалению, приходится констатировать, что кризисные явления в стране, а, следовательно, и в охотничьем хозяйстве, будут продолжаться до тех пор, пока бюджет, а это, как мы уже отмечали, финансовая основа функционирования и модернизации инфраструктуры России, не будет наполнен должным образом. Произойти же это может, лишь в случае радикального перераспределения финансовых потоков страны в пользу бюджета.

Говоря о недопустимости частной капитализации природных ресурсов, необходимо подчеркнуть и необходимость рыночных преобразований в целом ряде отраслей природопользования на этапе переработки природных ресурсов и их распределения. Если хотите, возможна, а в некоторых случаях, даже необходима вторичная капитализация природных ресурсов. Однако процесс формирования рыночных отношений в России оказался весьма не простым и очевидно, что он требует серьезных корректив. Более того, возврат к элементам плановой экономики, в том числе и в охотничьем хозяйстве, абсолютно очевиден.

Многие проблемы России, еще раз подчеркну – кризисной России, проецируются и на охотничье хозяйство. Многие охотники и специалисты охотничьего хозяйства, не чурающиеся прессы и телевидения, прекрасно осведомлены о происходящей в стране борьбе, порой весьма неприглядной, за те или иные финансовые потоки.

К сожалению, нечто похожее, правда, в гораздо меньших масштабах отмечается и в средствах массовой информации, освещающих охотничье хозяйство России. Приведу лишь две выдержки из публикаций последнего времени в журнале «Охота и охотничье хозяйство»: «Введение платы за добычу диких животных следует рассматривать, как вопиющий эколого-экономический нонсенс» (А.А. Улитин); или вот, как уже совсем откровенно обозначили проблему известные специалисты охотничьего хозяйства В.Г. Сафонов и Н.Н. Граков: «Наиболее острая конфронтация давно уже существует между управлениями охотничьего хозяйства и Росохотрыболовсоюзом на местах и в центре». Но не может быть конкуренции между государственным органом и общественной организацией. Если конечно общественная организация не пытается подменить собой этот орган.

Действительно, во времена Главохоты, возглавляемой Николаем Васильевичем Елисеевым и Росохотрыболовсоюза, где предводительствовал Алексей Иванович Корольков, руководителями сделавшими очень много для охотничьего хозяйства России, существовало как бы два «министерства» охоты. Причем одно из них ведало охотниками любителями и обзывалось общественной организацией. Но коль скоро бюджетный карман был один, да к тому же не пустой, эти фактически государственные ведомства сосуществовали вполне мирно. Именно здесь, очевидно и стоит искать истоки «конфронтации».

Если оглянуться на прошедшее десятилетие, то можно увидеть, что система Охотдепартамента Минсельхозпрода России перестала быть субъектом хозяйственной деятельности. За ней сохранились лишь функции надзора, охраны и контроля за использованием охотничьих животных и регламентирующие охоту функции. Вместе с тем, Росохотрыболовсоюз оставаясь субъектом хозяйственной деятельности и явно не преуспев в рыночных преобразованиях, продолжает стремиться выполнять функции «министерства», ведающего охотниками любителями. Отсюда и лоббируемые этой общественной организацией в Государственной Думе проекты закона об охоте, фактически лишающие Государство возможности полноценно контролировать и регламентировать процесс охоты.

Большинство специалистов охотничьего хозяйства на протяжении нескольких десятилетий не отрицали, а некоторые и во всю пропагандировали необходимость платности охотничьих ресурсов. Федеральный закон. Да, действительно, регламентация охоты в России требует дальнейшего и очень серьезного совершенствования. У большинства специалистов охотничьего хозяйства эта необходимость не вызывает сомнений. Например, в США, «продвинутой» в этом плане стране, экзамен по водоплавающей дичи в штате Аляска (охотминимум), помимо прочего, содержит вопросы о том, как отличаются неполовозрелые утки, добытые в год, когда они родились, от взрослых уток или какими пролетными путями осенью летят водоплавающие птицы за пределами Аляски. Экзамен проводится на ком¬пьютере, кстати, также как и у нас при сдаче экзамена на водительские права. В качестве ответа предлагаются несколько вариантов, например по отличию неполовозрелых уток от взрослых это: а) цвету клюва; б) жировым отложениям; в) длине крыльев; г) перьям хвоста. По пролетным путям также предлагаются четыре ответа: а) пролетный путь Миссисипи; б) центральный пролетный путь; в) тихоокеанский пролетный путь; г) отдельный. Существенно отличаются правила охоты и, соответственно, экзамен по водоплавающей дичи в центральных и южных штатах.

Как показывает опыт, наш российский охотник со стажем, читающий охотничью литературу, без труда ответил бы на подобные вопросы, будь они сформулированы применительно к территории Ставропольского края, Калмыкии или, например, Тюменской области. Однако немало и откровенно безграмотных охотников и, к сожалению, их становится все больше.

Безусловно, и у нас в Российской Федерации, регламентация охоты должна иметь как региональную, так и видовую или даже, для некоторых видов, популяционную составляющие. В регламентационном аспекте уже не должно быть, как это было в прошлом веке или даже несколько десятилетий назад, «охоты по перу» или «охоты на крупного зверя». Эти «охоты» должны остаться уделом лишь литературных произведений. И, безусловно, лицензирование верный шаг в этом направлении. Тем более, что альтернативой ему является фактический уход государства от контроля опромышляемых охотничьих видов и популяций, большая часть которых является мигрирующими.

Вместе с тем, это всего лишь первый шаг и, по мере приобретения практического опыта, лицензирование, конечно же, должно и будет совершенствоваться. Хотелось бы, что бы в процесс дальнейшего организационного оформления лицензирования включилась и конструктивная часть охотничьей общественности и, прежде всего, в регионах.

«Регламентированные» охоты, и это, очевидно, веление времени, требуют и основательных знаний так называемым массовым охотником не только тех или иных видов охотничьих животных, но и тех или иных сторон их биологии. В частности, некоторых сторон биологии размножения, особенностей миграций и т.п. В этой связи, государственный охотничий билет, как раз и должен быть документом, подтверждающим квалификацию охотника, а прием экзаменов «охотминимума» в перспективе должен стать прерогативой региональных подразделений Охотдепартамента. Зададимся вопросом, а могут ли быть, например, негосударственные водительские удостоверения, выдаваемые каким либо клубом автолюбителей? Ответ однозначен. Или, например, почему миллионы водителей различают свыше сотни дорожных знаков или разметок, а три миллиона охотников не могут различить несколько десятков видов уток и гусей? Конечно же, могут, однако и подготовка, обучение будущего охотника должны проводиться на соответствующим уровне.

Ряд охот, например охоты на гусей, требуют более углубленных знаний охотниками различных аспектов биологии этих птиц. Например, для Предкавказья в периоды миграций характерно наличие в отдельных стаях белолобых гусей некоторого количества пискулек (от 5 до 10%), редкого, занесенного в Красную книгу России, вида. По внешнему виду эти гуси, тем более в полете, различаются с большим трудом. Однако опытные охотники имеют представление о «краснокнижных» видах и без труда отличают крик одного гуся от другого (а гуси отнюдь не молчуны) и, как правило, пропускают такие стаи. Тем же, для кого все гуси и утки «на одно лицо», очевидно, следует отказывать в лицензиях на утиную и гусиную охоту.

«Регламентированная» охота это и есть «правильная» охота. Это охота, ориентированная на региональную специфику, охота, где присутствует знающий охотник. Это, прежде всего, охота с максимальным соблюдением видовых, а для ряда видов, и популяционных норм добычи. Тем самым, она должна способствовать не только рациональному использованию охотничьих животных, но и непосредственно их охране. Мы полагаем, что за такой охотой будущее.

Мы также надеемся, что настоящая публикация придаст новый импульс дискуссии о проблемах и перспективах охотничьего хозяйства России, вместе с тем, хотелось бы надеется, дискуссии конструктивной.

Вестник охотоведения: Научно-практический и теоретический журнал. – М., 2004. – Т. 1. – № 1 (январь-апрель). – С. 85–87.

Все материалы раздела «Метаморфозы»

Обсуждения (добавить комментарий)

сысой сысоич Aug 21 2008 1:25AM
верно и красиво написано но только лиш на бумаге в жизни все будет выглядеть по другому потому что нужно ломать всю систему и строить ее за ново и надо начинать с *начала*в смысле начальство им нужно сдавать экзамены им нужно показывать что они грамотные руководители не знаю как в центре а в областях я уверен что большая половина не сможет отлечить сороку от чирка ни то что пискульку от белолобика недавно имел не приятные ощущения от общения с чиновником областного разлива который призывал районных охотоведов и их подобных деятелей к отстрелу всех собак которые находятся в охот угодиях в силу того что я сам являюсь владельцем двух чистокровных собак /выжлеца и лайки/ меня это возмутило ведь не мало обстоятельств может произойти может же собака сорватся с привязи или улизнуть из вольера или даже на прогулке прихватить след лисы или зайца уйти за ним бог весть куда и за это нужно стрелять по собаке на что *начало-мочало* дал такой ответ что в дальнейшем с этим чиновником не о чем было говорить ведь он не можит отлечить гонца от двортерьера а там наверное секача от свеньи и тд и этот человек курирует и проверяет частные охот хозяйства и он еще берет на работу к себе людей которые в управлении охот хозяйством практически ни чего ни смыслят /как наш недавно испиченный охотовед/он то охотится как следует еще не научился ни то что хозяйство вести а диплом которого наверняка нет не имеет ни какого значния ведь он выгоден кому-то и из за этого страдают простые люди-охотники
Страницы: 1

Добавить комментарий

(Внимание: действует премодерация)

ФОТОРЕПОРТАЖ 36
Раки

Участвуйте в нашем конкурсе и выиграйте ценный приз!




© 2006—2017 Электронное издание «Логово». Использование материалов возможно только с ссылкой на источник

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов. Редакция не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных объявлениях.

Создание сайта — ЭЛКОС

  • Rambler's Top100Rambler's Top100
  • Яндекс цитирования